Глава 6 · 18 / 42

6.20-23

यत्रोपरमते चित्तं निरुद्धं योगसेवया ।
यत्र चैवात्मनात्मानं पश्यन्नात्मनि तुष्यति ॥२०॥
सुखमात्यन्तिकं यत्तद् बुद्धिग्राह्यमतीन्द्रियम् ।
वेत्ति यत्र न चैवायं स्थितश्चलति तत्त्वतः ॥२१॥
यं लब्ध्वा चापरं लाभं मन्यते नाधिकं ततः ।
यस्मिन्स्थितो न दुःखेन गुरुणापि विचाल्यते ॥२२॥
तं विद्याद् दुःखसंयोगवियोगं योगसंज्ञितम् ॥२३॥

yatroparamate cittaṁ
niruddhaṁ yoga-sevayā
yatra caivātmanātmānaṁ
paśyann ātmani tuṣyati

sukham ātyantikaṁ yat tad
buddhi-grāhyam atīndriyam
vetti yatra na caivāyaṁ
sthitaś calati tattvataḥ

yaṁ labdhvā cāparaṁ lābhaṁ
manyate nādhikaṁ tataḥ
yasmin sthito na duḥkhena
guruṇāpi vicālyate

taṁ vidyād duḥkha-saṁyoga-
viyogaṁ yoga-saṁjñitam

йатра—в том состоянии; упарамате—когда человек ощущает трансцендентное счастье; читтам—деятельность ума; нируддхам—удержанная от материи; йога-севайа̄—практикой йоги; йатра—в том; ча—также; эва—несомненно; а̄тмана̄—чистым умом; а̄тма̄нам—сам себя; паш́йан—осознавая своё положение; а̄тмани—в самом себе; тушйати—удовлетворяется; сукхам—счастье; а̄тйантикам—высшее; йат—в котором; тат—то; буддхи—разумом; гра̄хйам—постижимое; атӣндрийам—трансцендентное; ветти—знает; йатра—где; на—никогда; ча—также; эва—несомненно; айам—в этом; стхитах̣—утвердившись; чалати—отклоняется; таттватах̣—от истины; йам—то, что; лабдхва̄—обретя; ча—также; апарам—любое другое; ла̄бхам—приобретение; манйате—не считает; на—никогда; адхикам—большим, чем то; татах̣—этого; йасмин—в котором; стхитах̣—пребывая; на—никогда; дух̣кхена—страданиями; гурун̣а̄пи—пусть даже очень тяжкими; вича̄лйате—поколеблен; там—то; видйа̄т—ты должен знать; дух̣кха-сам̇йога—страданий от соприкосновения с материей; вийогам—искоренение; йога-самджн̃итам—транс йоги.

Ступень совершенства называется трансом, или самадхи, когда ум человека полностью удержан от материальной умственной деятельности практикой йоги. Её признак — способность видеть «Я» чистым умом, наслаждаться им и радоваться в нём. В этом радостном состоянии человек пребывает в безграничном трансцендентном счастье и наслаждается с помощью трансцендентных чувств. Утвердившись так, человек никогда не отходит от истины и, обретя это, считает, что нет приобретения большего. Пребывая в таком положении, он не поколеблется даже среди величайших трудностей. Это поистине и есть подлинная свобода от всех страданий, порождённых соприкосновением с материей.

Практикой йоги человек постепенно отрешается от материальных представлений. Таков первичный признак принципа йоги. А затем человек утверждается в трансе, или самадхи, что означает, что йог постигает Сверхдушу с помощью трансцендентного ума и разума, без всякого ошибочного отождествления своего «Я» с высшим «Я». Практика йоги более или менее основана на принципах системы Патанджали. Некоторые неавторитетные комментаторы пытаются отождествить индивидуальную душу со Сверхдушой, и монисты считают это освобождением, но они не понимают подлинной цели системы йоги Патанджали. В системе Патанджали признаётся трансцендентное блаженство, однако монисты не принимают этого трансцендентного блаженства из страха поставить под угрозу теорию единства. Двойственность знания и знающего не признаётся недуалистом, но в этом стихе трансцендентное блаженство, постигаемое с помощью трансцендентных чувств, признаётся. И это подтверждает Патанджали Муни, прославленный толкователь системы йоги. Великий мудрец заявляет в своих «Йога-сутрах»: пуруша̄ртха-ш́ӯнйа̄на̄м̇ гун̣а̄на̄м̇ пратипрасавах̣ каивалйам̇ сварӯпа-пратишт̣ха̄ ва̄ чити-ш́актир ити.

Эта чити-шакти, или внутренняя энергия, трансцендентна. Пуруша̄ртха означает материальную религиозность, экономическое развитие, чувственные наслаждения и, в конце концов, попытку слиться со Всевышним. Это «единство со Всевышним» монист называет каивалйам. Но, согласно Патанджали, это каивалйам есть внутренняя, или трансцендентная, энергия, благодаря которой живое существо осознаёт своё изначальное положение. Господь Чайтанья называет это состояние чето-дарпан̣а-ма̄рджанам, очищением нечистого зеркала ума. Это «очищение» и есть в действительности освобождение, или бхава-маха̄да̄ва̄гни-нирва̄пан̣ам. Теория нирваны — также предварительная — соответствует этому принципу. В «Бхагаватам» это называется сварӯпен̣а вйавастхитих̣. «Бхагавад-гита» также подтверждает это положение в данном стихе.

После нирваны, или прекращения материального существования, наступает проявление духовной деятельности, или преданного служения Господу, известного как сознание Кришны. По словам «Бхагаватам», сварӯпен̣а вйавастхитих̣ — это «подлинная жизнь живого существа». Майя, или иллюзия, есть состояние духовной жизни, осквернённой материальной заразой. Освобождение от этой материальной заразы не означает уничтожения изначального, вечного положения живого существа. Патанджали также признаёт это в своих словах каивалйам сварӯпа-пратишт̣ха̄ ва̄ чити-ш́актир ити. Эта чити-шакти, или трансцендентное блаженство, и есть подлинная жизнь. Это подтверждается в «Веданта-сутрах» словами а̄нандамайо ‘бхйа̄са̄т. Это естественное трансцендентное блаженство — конечная цель йоги, и оно легко достигается совершением преданного служения, или бхакти-йогой. Бхакти-йога будет ярко описана в седьмой главе «Бхагавад-гиты».

В системе йоги, описанной в этой главе, есть два вида самадхи, называемые сампраджня̄та-самадхи и асампраджня̄та-самадхи. Когда человек утверждается в трансцендентном положении посредством различных философских изысканий, это называется сампраджня̄та-самадхи. В асампраджня̄та-самадхи уже нет никакой связи с мирским наслаждением, ибо человек тогда трансцендентен ко всякому счастью, получаемому от чувств. Однажды утвердившись в этом трансцендентном положении, йог уже никогда из него не выходит. Пока йог не способен достичь этого положения, он терпит неудачу. Сегодняшняя так называемая практика йоги, сопряжённая с различными чувственными наслаждениями, противоречива сама себе. Йог, предающийся половым наслаждениям и одурманивающим средствам, — насмешка над йогой. Даже те йоги, которых влекут сиддхи (совершенства) в процессе йоги, не утвердились в нём в совершенстве. Если йогов влекут побочные плоды йоги, то они не могут достичь ступени совершенства, как сказано в этом стихе. Поэтому те, кто предаётся показной демонстрации гимнастических трюков или сиддх, должны знать, что цель йоги при этом утрачена.

Наилучшая практика йоги в этот век — сознание Кришны, которое никогда не подводит. Человек, сознающий Кришну, столь счастлив в своём занятии, что не стремится ни к какому иному счастью. Заниматься хатха-йогой, дхьяна-йогой и гьяна-йогой мешает множество препятствий, особенно в этот век лицемерия, но в исполнении карма-йоги или бхакти-йоги таких затруднений нет.

Пока существует материальное тело, человеку приходится удовлетворять потребности тела, а именно есть, спать, защищаться и совокупляться. Но тот, кто пребывает в чистой бхакти-йоге, или в сознании Кришны, не возбуждает чувств, удовлетворяя потребности тела. Напротив, он принимает лишь самое необходимое для жизни, извлекая наилучшее из дурной сделки, и наслаждается трансцендентным счастьем в сознании Кришны. Он равнодушен к случайным происшествиям — таким как несчастные случаи, болезни, нужда и даже смерть самого близкого родственника, — но всегда бдителен в исполнении своих обязанностей в сознании Кришны, или бхакти-йоге. Случайности никогда не отклоняют его от долга. Как сказано в «Бхагавад-гите»: а̄гама̄па̄йино ‘нитйа̄с та̄м̇с титикшасва бха̄рата. Он терпит все подобные случайные происшествия, ибо знает, что они приходят и уходят и не затрагивают его обязанностей. Так он достигает высшего совершенства в практике йоги.